Пользовательского поиска








предыдущая главасодержаниеследующая глава

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРОИСХОЖДЕНИЕ И ПОРОДЫ КАНАРЕЕК

ДИКАЯ КАНАРЕЙКА И ЕЕ БЛИЖАЙШИЕ СОРОДИЧИ

В Атлантическом океане, у северо-западного берега Африки (между 28 и 29° с. ш.) расположена группа Канарских островов. Пять крупных и самых живописных из них (а всего их тринадцать) славятся прекрасным климатом и плодородием. Первыми европейцами, ступившими на эту землю в XV столетии, были испанские и португальские мореплаватели. Богатая природа островов восхитила путешественников, и вскоре испанцы прочно обосновались тут, силой оружия подчинив себе коренное население.

Многим изумляла местная природа новых хозяев островов, и одной из диковинок, сразу же запримеченной ими, были маленькие серовато-зеленые, с желтизной на брюшке, птички, которые так много и так приятно пели, что люди невольно обращали на них внимание. Многие жители островов держали маленьких певцов в ловко сплетенных из тростника клетках у себя в жилищах.

Карта распространения дикой канарейки (Serinus canaria canaria L.), канареечного вьюрка (Serinus canaria serinus) и красношапочного вьюрка (Serinus pusillus)
Карта распространения дикой канарейки (Serinus canaria canaria L.), канареечного вьюрка (Serinus canaria serinus) и красношапочного вьюрка (Serinus pusillus)

Точно такие же птички были обнаружены и на двух больших островах, расположенных к северу от Канарских, - на Мадере и Порто-Санто. Кроме того, португальцы, высадившиеся в XV столетии на необитаемых до того времени Азорских островах, в 1300 километрах от берегов Португалии, нашли этих птиц и здесь.

Замечательные певуньи обитали лишь на этих островах, но благодаря быстрому развитию мореплавания

слава о них вскоре достигла многих стран Европы. В XV столетии испанские и португальские моряки уже начали понемногу привозить понравившихся им птиц к себе на родину. Сначала их ловили только на Канарских островах, а поэтому матросы-испанцы называли их kanario. Так родилось первое народное название этой птички. Вместе с ней оно стало впоследствии проникать и в другие страны Европы, лишь слегка видоизменяясь сообразно особенностям языка данной страны. Так, во Франции эту птицу стали называть canari, в Германии canaria, в Англии canary, в России канарейка и т. д. На заре своего знакомства с полюбившейся им птичкой французы дали ей еще и другое название - serin, как полагают, от слова siren - сирена (Сирена - персонаж греческой мифологии: морское существо в образе птицы с женской головой, пением, завлекающее моряков в гибельные места). Отсюда, видимо, впоследствии произошло современное научное название этой птицы Serinus canaria L. В XV-XVI столетиях канарейки были в Европе еще большой редкостью, а потому особенно ценились. Путешественники и дипломаты привозили их с Канарских островов в дар королям и королевам, приобретая таким образом расположение монархов. Случалось, что в первый момент высокопоставленное лицо разочаровывалось при виде такого невзрачного подарка. Но как только освоившиеся на новом месте птицы начинали петь, они сразу становились предметом всеобщей любви и восхищения. Их помещали в драгоценные клетки с серебряными и золочеными прутиками, украшенные жемчугом, или в просторные вольеры с живыми растениями.

Важно отметить, что многие канарейки, которых в ту пору привозили в Европу, приобретались у местных жителей. Эти птицы, как правило, были предварительно уже выдержаны в неволе и поэтому легко осваивались в клетках европейцев. Но в большем количестве матросы, а затем и торговцы, не замедлившие освоить этот новый вид «товара», доставляли совсем диких, только что пойманных канареек. Эти особи выживали в неволе с трудом и значительная часть их погибала.

Быстро научились разводить канареек испанские монахи. Выращенные ими птицы тоже шли на продажу. Из корыстных соображений испанцы старались сбывать за границу только самцов. Однако нечеткие различия в окраске молодых самок и самцов зачастую вели к ошибкам, и покупатели, в свою очередь, получали возможность заняться разведением.

По словам одного из натуралистов того времени, Конрада Гесснера, который писал о канарейках еще в 1555 году, цена на этих птиц в XVI столетии была так высока, что их могли покупать только состоятельные люди. Они, конечно, имели возможность содержать птиц в очень хороших условиях, и канарейки у них стали понемногу размножаться, все лучше и лучше приспосабливаясь к новой среде обитания. Разведение канареек в Европе привело к снижению цен на них, а тем самым и к расширению круга любителей.

Интерес к канарейке увеличился, когда на рубеже XVI-XVII веков произошло событие, которое никто не предвидел: в потомстве птиц обычного зеленого цвета вдруг стали появляться особи желтой окраски. Такое превращение, связанное с изменением условий существования, произошло почти одновременно в разных странах Европы и вызвало сенсацию среди любителей. Из Западной Европы домашних канареек стали вывозить в самые различные страны: в Россию, Турцию, Китай, Японию, Северную и Южную Америку, Австралию и Новую Зеландию. Без преувеличения можно сказать, что эта маленькая птичка буквально покорила весь мир.

Канареек разводили люди самых различных классов и профессий. В роскошных особняках европейской аристократии XVIII века она фигурировала в качестве своеобразного живого украшения женщин. Многие знатные дамы принимали своих гостей с ручной канарейкой на пальце, - об этом свидетельствуют картины тогдашних художников. Еще большей любовью пользовалась канарейка у трудового населения. Ремесленники, рабочие, служащие контор и магазинов, портнихи, учителя - кто только не держал этих птиц еще в XVIII и XIX столетиях! Для этих людей уход за канарейками и заботы по их разведению были приятным отдыхом. Клетку с канарейкой можно было видеть даже в каюте капитана океанского корабля и в кабинете политического деятеля.

Мировые войны дважды тормозили развитие канароводства. Преданные этому делу любители прилагали все усилия к тому, чтобы сберечь хотя бы самых лучших птиц. Многие французские канароводы, спасаясь от гитлеровцев, увозили среди необходимого имущества, наспех погруженного в детские коляски и на велосипеды, и клетки с канарейками. Но в послевоенные годы любители с удвоенной энергией брались за прерванное дело. И в нашей стране, и за рубежом канароводство принимает сейчас все более широкие масштабы.

В наше время интерес к канарейке не ограничивается обычным любительством. Орнитологи, физиологи и зоопсихологи разных стран используют канарейку для разработки ряда научных вопросов. Специальные исследования были посвящены разностороннему изучению пения канареек. С помощью спектрограммы пения дикой канарейки и самцов некоторых певчих и декоративных пород изучается влияние одомашнивания на структуру голосовых реакций этой птицы; установленные слуховые пороги у различных пород; выявляются особенности наследования отдельных колен песни у канареек и их гибридов с другими видами вьюрковых птиц и т. д.

Канарейка (Serinus canaria L.) принадлежит к самому обширному в классе птиц отряду воробьиных, семейству вьюрковых, роду канареечных вьюрков. Окрашена она очень скромно. У самца верхняя сторона тела серовато-зеленая с темными продольными пестринами, нижняя зеленовато-желтая; окраска самки тусклее, серее; длина птицы от конца клюва до конца хвоста 12-13 сантиметров.

Природа не обделила канарейку родней: 32 вида птиц, сходных между собой по целому ряду признаков, орнитологи объединили в особый род канареечных вьюрков. Из них только канарейка удовольствовалась столь незначительной по величине территорией как Мадера, Канарские и Азорские острова. Другой вид этого рода - лимонный вьюрок - имеет куда более обширную область распространения на юге Европы и островах Средиземного моря. Более мелкий европейский канареечный вьюрок заселил не только северо-запад Африки, но также южную и среднюю Европу и западные части СССР, откуда в наше время быстро расселяется все дальше на восток и через Прибалтийские республики уже проникает в Псковскую и Ленинградскую области. Еще один вид - красношапочный вьюрок - живет в горах Кавказа, Средней Азии и южного Казахстана. Все остальные виды канареечных вьюрков (мозамбикский, серый, желтобрюхий, ангольский и др.) - обитатели разных частей Африки.

Не много на Земле таких благодатных по климату мест, как те острова, где обитает дикая канарейка. Недаром говорят, что это край вечной весны. Там не бывает ни холодов, ни изнуряющей жары. Средняя температура самого теплого месяца (августа) +22 -24°, а самого холодного (января) +16 -18°. Привольно живется канарейкам в этом теплом цветущем крае, и распевают они там с таким же усердием, как и их одомашненные сородичи, умолкая только в период линьки.

Особенно многочисленны канарейки на следующих островах Канарского архипелага: Гран-Канариа, Пальме, Гомере, Тенерифе и Ферро. Острова эти гористы и покрыты пышной разнообразной растительностью с преобладанием вечнозеленых пород деревьев и кустарников. Чистые горные речки, сбегающие с лесистых склонов, орошают плодородные долины и предгорья, где зреют финики, бананы, апельсины, виноград, гранаты, фиги, а картофель и разнообразные зерновые культуры дают по три урожая в год.

Первое подробное описание жизни диких канареек дал немецкий натуралист Карл Болле в 1885 году. По его наблюдениям, эти птички избегают тенистых лесов и встретить их можно лишь там, где негусто растущие деревья перемежаются с кустарниками и полянами. Кроме того, канарейки живут в садах, даже городских, в непосредственной близости от жилья человека. Птицы населяют как низменности, так и горы.

В негнездовой период жизни канарейки держатся стайками. Перелетая с одного места кормежки на другое, они поедают семена самых разнообразных травянистых растений, нежную зелень и некоторые фрукты, например виноград и спелые растрескавшиеся фиги (винная ягода, инжир). Лакомством для птиц являются семена мака, огородного салата, капусты, а также полузрелое канареечное семя. В период выкармливания птенцов канарейки едят и мелких насекомых, в частности листовых тлей. Несколько раз в день они летают к воде, пьют и подолгу с азартом плещутся на мелководье прозрачных ручьев. Перед заходом солнца канарейки начинают собираться к месту ночлега. Они дружно слетаются на какое-нибудь дерево, и долго еще не умолкает их оживленный гомон.

В низинных частях островов уже в феврале, а в гористых в марте стайки канареек распадаются и птицы начинают жить парами. Вскоре они приступают к гнездованию. Гнездо канарейки, прочно и искусно свитое из стебельков, мха и нежного растительного пуха, помещается обычно не ниже двух метров от земли и бывает хорошо скрыто в листве дерева. Но найти его нетрудно: часто прилетающие и улетающие птицы сами выдают его местонахождение. Полная кладка канарейки содержит 4-5 яиц бледного голубовато-зеленоватого цвета с темными крапинками. Насиживание продолжается 13 дней. Самец в эту пору подолгу сидит где-нибудь неподалеку от гнезда и поет, поворачиваясь в разные стороны.

Все, кому посчастливилось видеть и слышать дикую канарейку в родной для нее обстановке, в залитых солнцем цветущих душистых садах и долинах, с восхищением отзывались потом об этой птичке. Вот, например, что писал К. Болле: «Пение дикой канарейки в общем походит на пение обыкновенной домашней и отличается тем же характером, но исполняемая под открытым небом, среди роз, жасмина и кипарисов, где в воздушных высотах теряется твердость звука, эта песня звучит гораздо красивее, чище и звонче. Западающие в душу грудные звуки производят особенно сильное впечатление именно в исполнении дикой канарейки и тех домашних, которые держат на Канарских островах и учат пению у диких».

Птенцы диких канареек, если их никто не потревожит, остаются в гнезде 17-18 дней, то есть тот же срок, что и птенцы домашних. Все это время родители усердно кормят их. После выхода из гнезда выводок, как правило, остается на попечении одного отца, который еще несколько дней продолжает заботиться о молодых: кормит их, предупреждает об опасности, показывает места кормежки и водопоя. Самка в это время строит новое гнездо для следующего выводка. К тому времени, как она снова сядет на яйца, птенцы предыдущего выводка становятся уже достаточно самостоятельными, и самец, оставив их, снова возвращается к своей подруге, снова кормит ее и поет. В разных местах канарейки дают где 2, где 3 выводка в год. После этого, с конца июля и в августе, они линяют и опять начинают жить стайками.

Недавно мне довелось прослушать запись пения дикой канарейки в естественных условиях. Даже по этой пластинке, на которой зафиксирован «репертуар» только одной особи, можно составить представление о богатстве голосовых возможностей птиц этого вида и разнообразии издаваемых ими звуков. Удивительно то, что в прослушанной мною звукозаписи один и тот же самец исполняет три совершенно различные песни, не имеющие между собой ничего общего. Все они довольно короткие и состоят не более чем из четырех-пяти колен. Одна из них - назову ее условно основной - очень сходна с песней обыкновенной домашней канарейки. Птица пропевает ее много раз подряд и зачастую варьирует, главным образом, в заключительной части: то кончит громкими, как бы ударными звуками, то напевными, нежными, напоминающими пение пеночки-вес-нички, а иногда лесного конька. Повторив эту песню несколько раз с интервалами в 3-4 секунды, птица внезапно «выдает» совсем иной напев - короткий, но замечательно оригинальный и приятный. Споет его только один раз, а затем вновь переходит на свою основную, первую песню. Повторит ее 5-6 раз - и вдруг новый подарок слушателям: еще более мелодичная и сложная «фраза» с негромкой, очень нежной и довольно низко звучащей трелью и мягким красивым пощелкиванием в конце (отсюда, верно, и пошло пение роллеров). И тоже только один раз споет, а потом опять начинается первая песня, слегка меняющаяся почти при каждом повторении. Такое чередование этих трех напевов можно слышать в данной звукозаписи несколько раз.

Мне посчастливилось услышать только одну птицу, но я, пожалуй, поняла, чем приворожила канарейка своих первых слушателей четыре сотни лет тому назад. А если бы послушать нескольких! Ведь недаром зарубежные натуралисты, побывавшие на родине канареек, пишут о необычайном разнообразии колен и индивидуальной изменчивости пения этих птиц, об их способности хорошо перенимать чужие напевы.

* * *

Любители экзотических птиц охотно держат канареечных вьюрков различных видов, зачастую успешно разводят их или скрещивают как между собой, так и с другими птицами семейства вьюрковых (рис. 1). Чаще всего привозят в Европу мозамбикского и серого вьюрков. Завозили их и к нам.

Рис. 1. Канареечный вьюрок самец (фото Н. Хрящева)
Рис. 1. Канареечный вьюрок самец (фото Н. Хрящева)

Мозамбикский вьюрок (Serinua mozambicus) имеет длину 12-13 сантиметров, верхняя сторона тела зеленовато-бурая, а нижняя яркая, лимонно-желтая. У самки желтый цвет бледнее, а под горлом хорошо заметно «ожерелье» из отдельных темных крапин. Громкая и очень темпераментная песня самца состоит из звонких трелей и отдельных, как бы флейтовых звуков.

Серый вьюрок (Serinus leucopygius) - совсем скромно окрашенная птичка величиной с чижа. Перья спинки и крыльев коричневые со светло-буроватыми каемками; нижняя сторона тела беловатая с серым оттенком и более темными пестринами на голове, груди и боках. Этот вьюрок славится очень хорошим пением. Голос у него сильный и звонкий. «Удивительно, как такая маленькая птичка может в течение целого дня извлекать из своего горлышка громкий непрерывный каскад разнообразных мелодий, подобных песне жаворонка», - так пишет об этом вьюрке чехословацкий орнитолог 3. Вегер. Очаровательны и наши отечественные канареечные вьюрки.

Европейский канареечный вьюрок (Serinus serinus L.) - в зимнем наряде выглядит очень скромно: спина и крылья серовато-бурые в темных продольных пестринах, а нижняя сторона тела зеленовато-желтая, с пестринами на боках. Но к весне, за счет снашивания тусклых кончиков пера, вьюрок преображается. Лоб, шея, полоска около глаз, грудь и брюшко делаются у него яркими лимонно-желтыми. Самка и молодые окрашены тускло и желтый цвет у них почти незаметен. Стремительно сыплющиеся звуки короткой песенки вьюрка напоминают стрекотание цикады. На юге Европы вьюрки живут оседло, а у нас они перелетные птицы, рано появляющиеся весной.

В неволе самцы вьюрков поют так же много, как и кенара. Но особенно усердствуют они, конечно, весной в присутствии самочек. Подскочив вплотную к самке, вьюрок растопыривает и опускает крылья, приподнимает хвост, ерошит перья на головке и с пением начинает раскачиваться из стороны в сторону. В эти минуты его песни сыплются одна за другой почти без перерыва, а сам певец имеет очень забавный вид.

Красношапочный вьюрок (Serinus pusillus Pall.) резко отличается по своей окраске от описанных выше видов. У самца грудь, шея и горло угольно-черные, затылок дымчатого цвета, а лобик ярко-красный; спина коричневая с черными пестринами, надхвостье оранжевое, низ тела серовато-желтоватый с темными крапинами на боках. Самка похожа на самца (рис. 2). У молодых головы коричневые. Приятное, нежное пение самцов состоит из трелей и мелодичного щебетания.

Рис. 2. Молодая самка красношапочного вьюрка (фото Н. Хрящева)
Рис. 2. Молодая самка красношапочного вьюрка (фото Н. Хрящева)

Красношапочные вьюрки - оседло живущие птицы. Лето они проводят в горах, поднимаясь до субальпийской зоны, а на зиму, когда начинается суровая пора холодов и метелей, спускаются в предгорья и долины, где нет таких сильных ветров и заносов. Стайками до 20-30 особей, а иногда и очень большими сборищами - по 200-300 птиц - держатся они тут до начала весны. Но как только начнется таянье снегов на южных склонах, вьюрки опять постепенно поднимаются в горы.

При правильном кормлении и содержании в просторных клетках (примерно 100X40X40 сантиметров) все перечисленные здесь птицы годами могут жить в неволе. Но беда в том, что далеко не все из них доходят до любителей в хорошем состоянии. Внезапное перемещение в совершенно иные условия, в иной климат, непривычный рацион и перемена воды, скученность и антисанитарные условия при транспортировке и передержка перед продажей, да к тому же еще постоянный страх - все это истощает, ослабляет организм птицы, ведет к гиповитаминозу и кишечным заболеваниям. Немецкие любители сетуют еще и на то, что серый и мозамбикский вьюрки зачастую поступают к ним с конъюнктивитом (красные, воспаленные веки), вызванным, по их мнению, антисанитарным состоянием транспортных клеток и жердочек.

Вялую, нахохленную птицу необходимо отделить от здоровых и обязательно содержать в тепле. При расстройстве кишечника (жидкий, водянистый помет) рекомендуется добавлять в корм мак и временно исключить зелень, а для питья и купания давать отвар ромашки, во избежание загрязнения сменяя его несколько раз в день. Больной птице можно дать для питья негустой отвар овсяных хлопьев и риса. Можно испробовать и слабый раствор марганцовки.

Чехословацкие любители всем привезенным издалека птицам в первый месяц жизни в неволе дают только кипяченую воду и лишь постепенно переводят их на сырую. Взамен песка они все это время застилают дно клетки бумагой, которую постоянно меняют, следя таким образом за пометом птиц и лишая их возможности клевать загрязненный песок. Чистый, прокаленный песок ставят птицам в отдельной маленькой кормушке. Налаживанию нормальной работы кишечника может помочь и активированный древесный уголь, который ставят в клетку тоже в отдельной чашечке, предварительно измельчив его.

Довольно сложно обстоит дело с красношапочными вьюрками. Впервые я познакомилась с этим видом птиц в орнитологической лаборатории Физиологического Института им. академика И. П. Павлова под Ленинградом. Привезенные из Казахстана, они в первое время вели себя как вполне здоровые птицы: пели, купались, хорошо ели. А потом у них вдруг начались тяжелейшие приступы судорог - явление авитаминоза B1. Тиамин (Так называется витамин В1), добавляемый в питьевую воду, казалось, вылечил птиц. Но тем не менее они прожили у меня лишь один год. Больше мне не пришлось иметь дело с этим видом вьюрков.

Установлено, что у себя на родине красношапочные вьюрки легко свыкаются с неволей и вполне благополучно живут в клетках до 5-6 и даже 8 лет, давая при этом потомство с домашними канарейками. Мало того, особи, хотя бы год продержанные любителями в пределах области распространения данного вида (в частности в Алма-Ате и Ташкенте), могут потом благополучно жить в Ленинграде, так же успешно скрещиваясь с канарейкой.

Массовая гибель красношапочных вьюрков, завозимых Зоообъединением в магазины Ленинграда, послужила достаточно убедительным доказательством того, что без лредварительной передержки - длительной и правильно организованной - этих птиц просто нельзя вывозить за пределы их родины.

Корм для канареечных вьюрков всех видов должен быть как можно более разнообразным. Следует помнить, что это дикие птицы, привыкшие к свежей зелени и к нежному витаминному зерну - созревающему и прорастающему. Поэтому летом и осенью, помимо обычной зерновой смеси, им нужно регулярно давать свежие травянистые растения с полузрелыми семенами в стадии восковой спелости: одуванчик, мокрицу и др. Обычная же зерновая смесь для канареечных вьюрков составляется из яровой (не горькой) сурепки, рапса, канареечного семени, мелкого проса, салатного семени, мака, семян хвойных деревьев и небольшого количества конопли. Полезна также овсянка и давленый подсолнух. Семена березы - лакомство для красношапочных вьюрков.

Помимо сухой смеси совершенно необходимо (особенно в зимнее время) давать птицам и слегка про-рощенное зерно с едва проклюнувшимися ростками. В стадии прорастания зерно обогащается столь необходимым птицам витамином В. Наиболее удобны для проращивания сурепка, просо, канареечное семя, подсолнух. Проращивание производится следующим образом. Зерно, помещенное в стеклянную баночку, следует залить водой. Через 12 часов воду слить, промыть зерно под краном в дуршлаге, снова ссыпать в ту же баночку и накрыть ее. Как только проклюнутся ростки, часть их отсыпать птицам в отдельную кормушку, а остальное убрать в холодильник и брать оттуда по мере надобности.

Хорошо, если канареечные вьюрки, живя вместе с канарейками, привыкнут брать мешанку, составленную из мелко натертой моркови, куриного яйца и толченого белого сухаря.

Мозамбикские вьюрки, хорошо размножавшиеся в Ленинграде, в пору гнездования жадно ели живой корм: мягких куколок и «червей» мучного хруща, свежие муравьиные «яйца». Все это нужно предлагать и другим видам вьюрков.

Песок и минеральная подкормка в виде толченой скорлупы вареного куриного яйца с добавлением аптечного глицерофосфата и глюконата кальция должны постоянно находиться в клетке. Древесный уголь и мягкие лесные гнилушки тоже полезны птицам.

Узнав, что в природе красношапочные вьюрки целыми стайками прилетают к глинистым обрывам и едят глину, любители стараются теперь использовать для своих птиц этот естественный вид минеральной подкормки.

Совершенно справедливо считают, что нужна им и обычная поваренная соль. Однако давать ее птицам нужно с исключительной осторожностью, например, посолив чуть-чуть яичную мешанку. Дело в том, что допустимая доза соли для мелких птиц, к сожалению, не установлена, а передозировка ее опасна и может даже привести к смерти.

На время размножения пару канареечных вьюрков (любого вида) отсаживают в отдельную большую клетку. Для гнездовья используют веревочные чашки, такие же, как для гнездовья канареек. Чтобы лучше привлечь птицу, чашку можно окружить ветками, - так самке будет привычнее, «уютнее». В качестве строительного материала нужно дать сухую траву, стебельки мха, мелкие перышки, шерсть. Насиживание продолжается 13 суток. Птенцы остаются в гнезде 17-18 дней. В последние дни гнездовой жизни они становятся очень пугливыми. Об этом нельзя забывать. Даже случайное прикосновение к гнезду может вызвать у них панику. При этом они выбрасываются на дно клетки, начинают беспорядочно метаться. Это может им очень повредить.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2011
Разрешается копировать материалы проекта (но не более 20 страниц) с указанием источника:
http://bird.geoman.ru "Птицы"

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru